1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 5.00 (1 Голос)

1 декабря – день кончины схиархимандрита Виталия (Сидоренко), удивительного подвижника, прозорливого старца, молитвенника и утешителя страждущих. Наследник духовной традиции Глинских старцев, батюшка Виталий учил духовных чад покаянию и любви: «Надо себя хулить, винить, пороть, наказывать, а всех любить, считать Ангелами». Сам отец Виталий был бездонным кладезем любви и сострадания. С 1960-х годов старец подвизался в Грузии, здесь и окончил свои земные дни в 1992 году. За советом, утешением, помощью к старцу приходят, приезжают, как и прежде, – у его могилы всегда люди: молятся, плачут, ведут безмолвную беседу с подвижником… А те, кто сподобился лично знать батюшку, хранят в сердце его наставления и уроки и делятся ими с другими.

***

Приехав первый раз в Тбилиси, я весь день бродила по улицам старого города, поклоняясь его святыням. Гора Мтацминда – храм и пещерка преподобного Давида Гареджийского, Сионский собор – крест святой равноапостольной Нины, храм Анчисхати VI века, храм Креста, храм Иоанна Богослова, Синий монастырь… Жарко. Но всё-таки надо дойти до русского храма во имя святого благоверного князя Александра Невского и поклониться могилкам известных и любимых мною глинских старцев – схиархимандрита Виталия (Сидоренко) и митрополита Зиновия (Мажуги), недавно канонизированного Украинской Церковью. Последний совершал постриг в монашество нынешнего Грузинского Патриарха Илии II. С 1950 до 1982 года он был настоятелем этого храма, который называли «филиалом Глинской пустыни».

Храм св. Александра Невского, Тбилиси
Храм св. Александра Невского, Тбилиси

Храм святого Александра Невского находится недалеко от станции метро «Марджанишвили». Русский храм стоит на углу деловой улочки, и уже издалека голубые луковки с крестами радуют глаз. В церкви хранятся частицы мощей Марии Магдалины, святой Нины, святителя Николая, преподобного Шио Мгвимского, одного из сирийских отцов, другие святыни.

Митрополит Зиновий (Мажуга)
 

Честные останки митрополита Зиновия покоятся в левом, Никольском приделе. На высокой темно-серой гробнице сделаны две надписи:

«Архиерейство твое да помянет Господь Бог во Царствии Своем» и «Высокопреосвященнейший Зиновий, митрополит Тетрицкаройский, в схиме Серафим». Над надгробием в нише стены вставлена под стеклянную дверцу его келейная икона – копия Глинской чудотворной иконы Рождества Богородицы.

Задерживаюсь перед привлекшим внимание образом Александра Невского. Властный, мужественный, очень выразительный лик, чеканка. Не удержавшись, интересуюсь, кто написал икону. То, что слышу в ответ, потрясает: «Грузинский Патриарх».

Схиархимандрит Виталий

Святые, как солнце, светят на правых и неправых, а уж тем более – на несчастных.
Наталья Трауберг. Из интервью

Много лет работает здесь душевная доброжелательная женщина по имени Вера. Сухощавая и высокая, очень собранная, порой строгая, но вся горящая ревностной любовью к своему храму. Она поведала, что у них служат семь священников, здесь же живет схиигумения Елисавета, которая отдает храму много времени и сил. Она приехала из России в Грузию еще в 1975 году. В монашество постригал ее сам отец Виталий. На игуменство матушку благословил в свое время Святейший Патриарх. Она в постоянных хлопотах. Вера как-то особенно радостно сообщила, что два года назад в церкви провели отопление – нашелся благотворитель.

– А как же вы тут были зимой без отопления? Холодно ведь.

– Да, мерзли немножко. А что поделаешь? Но зато теперь – благодать.

Верно: всё познается в сравнении.

Подарив Вере иконки нашего храма, я пошла на могилку к отцу Виталию. Сидя на лавочке, наблюдала за непрерывным потоком подходящих людей. В основном это были женщины. Все сосредоточенно молились, ставили свечи. Подолгу стояли на коленях. Некоторые ставили пакеты с фруктами, конфетами, продуктами.

У могилы отца Виталия
У могилы отца Виталия

   

Одну пожилую женщину, присевшую рядом со мной, я спросила:

– Вы знали батюшку при жизни?

– Нет, не знала. Но я часто прихожу к нему, он нам реально помогает, я уже много лет обращаюсь к нему. Вот и сейчас у нас есть сложности. Пришла и всё ему рассказала. Он – покровитель моей семьи.

Интересно. Я вспомнила, как, прочитав книгу «Житие схиархимандрита Виталия», выпущенную Новоспасским монастырем в 2004 году, сразу же стала молиться батюшке, записала его имя в помянник, и у меня было явственное ощущение, что он слышит и помогает. Читая книгу, непрестанно поражалась смирению, послушанию, самоотвержению, высокой духовности этого необыкновенного подвижника.

Воспитанник великих старцев Глинской пустыни, он прошел трудный путь. Он жил в тяжелое время – при гонении на христиан. Он был преследуем, неоднократно избиваем милицией из-за отсутствия паспорта, подвизался в одиночестве в горах Кавказа. С 1969 года он жил в маленьком домике на Дидубе. Его келейницей была монахиня Мария (Дьяченко, впоследствии схиигумения Серафима). Он молился за грузинских и русских царей, патриархов, святителей и за весь мир. Он полюбил Грузию всем сердцем. Зная, что эта страна – избранный удел Божией Матери, он переживал каждое событие, происходившее в ней. Отец Виталий всегда и во всём полагался на Бога и старался привить это своим многочисленным чадам. Он говорил, что Богу надо доверять, тогда и скорбей не будет.

Храм во имя святого благоверного князя Александра Невского.
 

    

Последние свои годы, когда усилились гонения на верующих, старец провел в Тбилиси, который он называл святым. В возрасте 64 лет схиархимандрит Виталий отошел ко Господу. Чин отпевания при большом стечении верующего народа совершил Святейший Католикос-Патриарх всея Грузии Илия II в сослужении духовенства России, Грузии, Украины. На отпевании Святейший сказал: «Тот, кто знал отца Виталия, кто имел радость общения с ним, – знает, насколько святой жизни был этот великий и дивный старец. Удивительная и святая вера, необъятная любовь, удивительное и примерное смирение и послушание – всё это создавало ту духовную атмосферу, которая несла любовь всем, кто хотел получить духовное утешение от него. Действительно, братья и сестры, это был святой старец. И я, общаясь с ним, беседуя с ним, неоднократно видел эту святость, которую он источал вокруг себя».

Много чудес совершил при своей жизни дивный старец. И по смерти его не ушли безутешными собравшиеся люди. Когда священник вкладывал в руку старца разрешительную молитву, большой палец руки отца Виталия отогнулся, и его рука сама взяла молитву. От неожиданности священник вскрикнул; это увидели и другие люди.

Отец Виталий неоднократно говорил своим чадам, чтобы они приходили к нему на могилку, обещая им помощь и заступничество. Теперь вот и я здесь сижу.

Через некоторое время подошла неслышными шагами Вера и стала прибираться на могилке. Неожиданно она обратилась ко мне:

Отец Виталий (Сидоренко)
 

– Я вам расскажу такой случай. У одной женщины случилось огромное несчастье. Умерли один за другим пять членов семьи. Представляете, какое горе? Стоят в доме пять гробов. Надо хоронить, а она не работает, денег нет. Бедная женщина в таком горе и отчаянии, просто чуть не помешалась. Плакала, плакала. Заложила дом, чтобы выручить денег на похороны. И вот ночью является ей высокий монах и так спокойно и ласково говорит, что всё будет хорошо, успокаивает ее. И представляете, очень скоро ей предложили хорошую работу, и она смогла отдать долги. Спустя какое-то время она оказалась в храме Александра Невского и рассказала об этом. Когда ей показали фотографию отца Виталия, то она узнала его и очень обрадовалась. С тех пор часто приходит сюда. Еще вам расскажу. Одна монахиня из Таганрога однажды легла спать с сильной обидой на родственников, и вот снится ей отец Виталий. Батюшка, стоя на амвоне, ласково и как бы уговаривая, произнес: «Надо прощать. Прощайте, прощайте всех». Потом быстро пошел к подсвечникам и стал возжигать свечи. Откуда-то появились дети, и отец Виталий стал давать им продукты, посылая отнести их нуждающимся и больным. Он учил прощать всех, обидчикам старался сделать подарок и усердно молился за них.

Вера ловко и привычно собирала сгоревшие свечки, протирала мраморный цветник и продолжала:

– Ведь мы земельку постоянно подсыпаем. Люди уносят с собой память о старце. А вот в том домике – его келья. Там иконы, узкая кровать, личные вещи старца – его четки, крест ручной работы с камушками. У него подрясник был латанный-перелатанный, весь истертый. В келье висит. Вы знаете, отец Виталий особенно почитал батюшку Серафима Саровского, очень любил его! Там есть большая икона преподобного. И еще необыкновенная святыня – плат, который покрывал лик батюшки Серафима. Представляете? И его помянник сохранился – толстая такая тетрадь. В ней много-много имен. За скольких же он людей молился, свечи за них ставил… А вы, кстати, откуда знаете про отца Виталия?

Отец Виталий у Святого Престола в алтаре.
 

– Книжку о нем читала. Давно мечтала побывать на могилке подвижника. Только мне казалось это почти невероятным.

– Ну, здесь всё просто: если вы хотели, то по его молитвам и оказались здесь. Нам тут чего только не рассказывают. Батюшка помогает и знакомым, и незнакомым – всем, кто обращается к нему.

Вера задумалась ненадолго, а потом решительно протянула мне несколько пакетов с фруктами:

– Возьмите. Это вам.

– Нет-нет, спасибо, мне ничего не надо.

Но Вера настойчиво и уверенно положила передо мной кульки. Я растерялась. Потом, поразмыслив, поняла, что ничего просто так не бывает. Раз дают – надо брать. В голове прозвучал голос моего духовника: «Всё принимай, как из руки Божией, и за всё благодари».

– Спасибо вам.

– Не мне, отцу Виталию спасибо.

– Спасибо, отец Виталий.

Я вернулась на лавочку. Две грузинки с любопытством разглядывали меня.

– Хотите фрукты? Берите, пожалуйста.

– Нет-нет, это же вам дали.

– Я с радостью поделюсь.

– Нет-нет, это вам. Не надо.

На могиле у старца схиархимандрита Виталия. 1992 г.
 

  

У этих женщин нет такого духовника, как у меня. Не хотят они принимать дары из руки Божией. Снова появилась Вера и протянула мне батон белого хлеба:

– Это тоже вам. От отца Виталия.

Тут уж я воспротивилась изо всех сил.

– Нет, спасибо, хлеб я не возьму. Я не ем белый хлеб.

Вера твердо смотрела на меня, не собираясь отступать.

– Вы не можете отказаться, это вам батюшка дает.

– Пожалуйста, отдайте нищим у ворот!

– Нищим мы и так даем. А это вам. Берите за послушание.

Отпираться было бесполезно, в глазах у Веры была такая уверенность, что пришлось сдаться и взять батон «от отца Виталия». Две мои соседки исчезли, и я обреченно принялась жевать белый хлеб, откусывая прямо от батона.

***

Прошел год. Я приехала в Грузию на два месяца. Жила в разных частях страны. И наконец прибыла в Боржоми, чтобы посетить пустыньку батюшки Серафима Саровского, которую называют здесь «Новый Саров». Она с любовью воссоздана по фотографии 1903 года по инициативе владыки Серафима. Я постоянно обращалась за помощью к преподобному Серафиму, и он всё устроил чудесным образом. Мне удалось посетить много святых мест и пожить в женском монастыре Рождества Богородицы, где я познакомилась с духовными чадами схиархимандрита Виталия – архимандритом Андреем (Тариадиси) и его мамой – схимонахиней Евгенией.

Архимандрит Андрей (Тариадиси) и его мама схимонахиня Евгения
Архимандрит Андрей (Тариадиси) и его мама схимонахиня Евгения

   

О монастыре я узнала «случайно». Хотя у Бога нет случайностей. Услышав в разговоре грузинских женщин имя старца Гавриила, я вмешалась, и мне сказали, что в местном монастыре сейчас находится пиджак святого. Так я попала в монастырь, где провела несколько дней, буквально купаясь в любви, исходящей от окружающих. Это было удивительное чувство. Попав на молебен, я внимательно наблюдала за батюшкой. Что-то очень необычное было в его манерах: неторопливость, плавность, мирность.

Само собой разумеется, я расспрашивала отца Андрея о старце.

– Какое его было главное качество? Удивительное смирение. У него глаза всегда были опущены вниз. Улыбка не сходила с его лица, и абсолютно все ощущали любовь, исходящую от него. Я другого такого никогда не встречал. Он отбросы ел, хотя был очень болен – у него ведь была операция, 2/3 желудка удалили. Отец Виталий смирял плоть. Он же носил на себе железную цепь. Она со временем вросла ему в тело. Тело начало гнить, запах пошел неприятный. А ему всё нипочем. Ему запретили ходить так, он за послушание снял эту цепь.

В День Ангела митрополита Зиновия. Отец Виталий следует за владыкой. 12 ноября 1883 г.
 

   

В первый же день матушка Евгения пригласила меня к себе в келью. Не любоваться ею было невозможно. Мягкие, спокойные манеры, доброжелательность, предупредительность. Чувство любви обволакивало. Вроде бы и обыкновенный человек – но во всём чувствуется какая-то неотмирность. Что же странного? Пожалуй, это – внимание к тебе. Сейчас есть ты – и ты интересен. Я с любопытством осматривала маленькую келью и расспрашивала матушку о ее духовнике. Она отвечала просто, с какой-то детской открытостью и искренностью. Видимо, ее уже много раз спрашивали. Да, вот даже недавно приезжала съемочная группа снимать фильм.

– Матушка, расскажите, как вы стали монахиней.

– Как стала? Очень всё просто. Так получилось. Мы с мужем всегда жили в любви и согласии. Он был очень хороший и порядочный человек. Когда я родила трех сыновей, то стала думать, как это всё хлопотно – рожать детей, терпеть такие боли. У меня появилась мысль, что хорошо бы нам жить с мужем, как брату с сестрой. Но я боялась его огорчить или ранить, долго не решалась сказать. Потом выбрала подходящий момент. Каково же было мое удивление, когда он обрадовался и сказал, что сам об этом мечтал, но не хотел обидеть меня. Так мы и стали с ним жить. Молились, ходили в церковь. Потом муж стал священником, отец Виталий постриг нас. Два сына позднее стали архимандритами. Я в Грузии живу в этом монастыре у отца Андрея, а на зиму уезжаю к отцу Абибосу в Грецию. Там теплее.

– А где отец Виталий вас постригал?

– На Дидубе. К нему туда все приходили на исповедь. И мы тоже всей семьей приходили исповедоваться. Люди отовсюду приезжали к нему.

– А какой он был, отец Виталий?

Владыка Зиновий с отцом Виталием. Начало 1980-х.
 

   

– Он был очень смиренный. Каждого человека встречал земным поклоном. Падал в ноги и руку целовал. Вы знаете, как он ел? Невозможно было смотреть. Берет со стола всё подряд, кладет себе в тарелку, перемешает и ест. Ест и улыбается. И всем говорил: «Никогда не гнушайтесь никакой пищей. Ее нам Бог дает. Что это за разговоры: то соленое, то невкусное? Забудьте слово “невкусное”. За всё благодарите». Ну, и сам пример показывал. А вообще он был как не от мира сего. Всё, что ему привозили, тут же раздавал. Я однажды связала для него теплую жилетку – он же в таком подряснике ходил, что без слез не взглянешь. Мать Мария, его келейница, увидев жилетку, усмехнулась: «Завтра же эта жилетка найдет себе другого хозяина, не сомневаюсь». И когда я ее потом спросила о жилетке, она сказала: «Да он ее уже в тот же день кому-то отдал». Да. В отце Виталии была такая любовь к людям, что он порой на улице бросался к незнакомому человеку, обнимал и целовал его! Ему все были дороги. Эта жертвенная любовь была главным богатством, которым наградил его Господь Бог. Она светилась во всём – во взгляде, в движениях, во всех поступках. Можно было сидеть рядом с ним и ни о чем не думать – душа наполнялась покоем, блаженной радостью. Все чувствовали исходящую от него благодать.

Митрополит Боржомский и Бакурианский Серафим и архимандрит Андрей (Тариадиси). 1 августа 2013 года
Митрополит Боржомский и Бакурианский Серафим и архимандрит Андрей (Тариадиси). 1 августа 2013 года

  

Матушка Евгения подарила мне буклет о старце, несколько икон и духовное завещание схиархимандрита Виталия. Оно теперь стоит у меня дома в красном углу.

«Полюбите ближнего! И вы полюбите Христа. Полюбите обидчика и врага! И двери радости распахнутся для вас, и Воскресший Христос сретит вашу воскресшую в любви душу. Вот и всё! Так мало ждет от нас Господь! В этом – наш рай! Это – наше воскресение! Полюбите Любовь и живы будете Воскресшим в страдании Любви Спасителем!»

«Мне говорили, чтобы я себя укорял, винил, старался, чтобы из-за меня никто не огорчался, чтобы не принести или не нанести кому обиды, чтобы никого не укорял, всем в Боге угождал, Иисусову молитву творил и за всё Господа благодарил, во всём смирялся, ни на кого не обижался, за мир молился и ко Господу стремился, чтобы никому не докучал и никого не поучал, а до конца познай себя и будет с тебя».

«Терпи, смиряйся и кайся»

Схиархимандрит Виталий (Сидоренко)
Схиархимандрит Виталий (Сидоренко)

В последующие дни у нас были долгие разговоры с отцом Андреем. Он собирается написать книгу об отце Виталии, о старце Гаврииле (Ургебадзе). По милости Божией ему довелось общаться с этими святыми людьми. А мне повезло познакомиться и несколько дней тесно общаться с воспитанниками великого глинского подвижника – в монастыре, где царит необыкновенная любовь, где каждого принимают, как самого Христа, – на праздновании дня памяти преподобного Серафима Саровского в пустыньке «Новый Саров». А затем по дороге в Тбилиси, когда мы ехали на машине батюшки на день ангела Святейшего Патриарха Грузии в Тбилиси, меня всё время озадачивала неизменная простота в общении, терпение и необычайная мирность матери и сына Тариадиси. Когда я просила их попозировать, они сразу соглашались и вставали так, как я им показывала. Матушка потом сказала мне: «Я хочу, чтобы у вас остались наши фотографии на память».

В монастыре я познакомилась с удивительной женщиной – Нино Гергедава, мы с ней подружились и сейчас часто общаемся по интернету. Она живет в Тбилиси, но часто приезжает в монастырь в Боржоми к отцу Андрею. Он – ее духовник. Нино рассказала мне недавно, что несколько лет назад у нее были очень большие скорби, и она была просто в отчаянии, не зная, что предпринять. В то время она работала в Национальном банке Грузии, где происходила большая реорганизация – тяжелая для людей; по словам Нино: «всех с автоматом выгоняли». Она стала часто и усердно молиться отцу Виталию, чтобы он не оставлял ее, дал ей сил перенести всё происходящее, помог утвердиться в жизни, в вере. В 2008 году, незадолго до войны, ее младшая дочка заболела тяжелой формой астмы (у Нино четверо детей). В это время подруга пригласила ее погостить к себе в Боржоми.

Как-то она пошла в монастырь помолиться, долго плакала в храме. А когда собралась уходить, то начался сильный дождь. В это время в церковь зашла благочинная монастыря, мать Нина. Так они познакомились и потом стали родными, как сестры. Нино рассказала матушке всю свою жизнь, и та на следующий день познакомила ее с настоятелем монастыря архимандритом Андреем.

Один раз исповедавшись отцу Андрею, молодая женщина обрела себе духовника и молитвенника. Нино твердо уверена, что всё это произошло только по молитвам отца Виталия. Она говорит, что отец Андрей предчувствует ее трудности, знает все ее мысли. Когда она забывает о чем-то на исповеди, он просит ее вспомнить, что еще не сказано, что волнует, часто сам подсказывает. Ничто и никогда не нарушает мирное утроение его души – он всегда ровный, внимательный и спокойный. Нельзя представить, что батюшка может повысить голос. Да и постриг его происходил не совсем обычно. Их постригали в 1994 году одновременно пять человек в Светицховели. Патриарх назвал этих молодых людей «царское братство». Все пятеро были особенные. Двое из них в очень скором времени стали епископами. Отец Андрей – архимандрит и настоятель двух монастырей.

– Нино, а ведь нас с тобой познакомил отец Виталий. Как мы встретились в Боржоми, так до сих пор общаемся. Всё не просто так.

– Да, я тоже думала об этом. Мне кажется, что не оставляет отец Виталий ни одного человека, который обращается к нему за помощью. И его чадам передалась эта светлая любовь к людям. Вы не могли ее не почувствовать. И знаете, какое мое любимое изречение старца?

«Будете любить – ни тоски, ни уныния не будет.

Смиряйтесь, терпите, любите.

Любовь будет – и стены разойдутся!»

 
Лариса Хрусталева
29 ноября 2013 года
© 2017 ХРАМ СВЯТИТЕЛЯ ЧУДОТВОРЦА НИКОЛАЯ НА ВОДАХ. Все права защищены.